Категории
Центры поддержки журналистов
Поиск
Облако тегов
Самое популярное
Архив новостей

Чем дальше в лес – тем больше дров

Представители независимой прессы и журналистских организаций рассказали в Варшаве об «инициативах» МВД


Одной из наиболее важных тем, обсуждавшихся в рамках совещания по человеческому измерению ОБСЕ в Варшаве, стала, на наш взгляд, тема свободы слова и средств массовой информации. Наш особый интерес к данной проблеме можно понять, поскольку ситуация со свободой слова и СМИ в Казахстане уже давно вызывает озабоченность международной общественности, и главное – год от года ухудшается.

Галина ДЫРДИНА,

Открывая пленарное заседание, посвященное этой теме, глава офиса ОБСЕ по свободе СМИ Миклош ХАРАСТИ дал характеристику ситуации со свободой слова в регионе.

Отказаться от криминализации

В своем выступлении г-н Харасти сказал:

- Я, конечно, много мог бы говорить о различных опасностях, которые угрожают принципу свободы СМИ на пространстве ОБСЕ. Но я решил в своем выступлении коснуться основных моментов, вызывающих озабоченность в плане безопасности журналистов. В недавнем отчете перед 56 послами на заседании Постоянного совета ОБСЕ в Вене я говорил о том, что самая серьезная опасность – это насилие в отношении журналистов.

Я также сказал, что еще более пагубной, чем преследование, нападения и убийства, является ситуация, когда правительства терпят все это. Гибель любого человека, гибель журналиста – это трагедия, но еще страшнее, когда это совершается как наказание за журналистскую работу. Я решил остановиться на этой теме, потому что она хорошо отражается все другие проблемы, как это ни удивительно.

Насилие – это форма цензуры, мешающая СМИ выполнять самые главные задачи, касающиеся защиты демократии. Ведь журналисты, пишущие о правах человека и коррупции, больше всего подвергаются нападениям. Такого рода нападения подрывают волю редакторов, потому что именно они в демократическом обществе определяют, какие темы должно освещать данное СМИ. И, наконец, насилие в отношении журналистов предполагает объединение противоречивых сил, коммерциализацию СМИ и запугивание журналистов, чтобы они не писали правду, а освещали только темы, связанные с бизнесом развлечений.

Это как бы первый правительственный грех. Я имею в виду криминализацию журналистики. Потому что безнаказанность – это не просто неспособность успешно расследовать случаи убийства журналистов. Речь идет о криминализации журналистских выступлений. Это фактически криминализация профессии журналиста. Насилие над журналистами и лишение их свободы тесно связаны между собой, потому что, прежде чем стать обвиняемым по таким делам, журналисты подвергаются уголовному преследованию.
Порой криминализация журналистики является открытием охоты на журналистов.

Некоторые правительства имеют привычку рассматривать тюремное заключение журналистов как буферное действие, препятствующее произвольному насилию в отношении журналистов. Но это совсем не так. Криминализация журналистики приводит к тому, что журналисты становятся врагами народа, и здесь правительство не может уклониться от своей ответственности.

И, наконец, еще одна причина применения к журналистам. Это дискриминация в отношении независимой прессы. Как правило, независимая оппозиционная или исследовательская журналистика становятся жертвами задержания, тюремного заключения, штрафов, административного преследования – с одной стороны. С другой стороны, журналисты - это объекты угроз, нападений, похищений и физического устранения.

В большинстве стран, где преобладает насилие в отношении журналистов, все еще существует крупный государственный сектор СМИ. Если бы это было промежуточное явление, переход от централизованной к открытой экономике, тогда бы проблем может быть и не было. Но тот факт, что государство терпит насилие в отношении журналистов, и практически приводит к насилию, криминализируя журналистику, часто используется государством для того, чтобы занимать дискриминационную позицию в отношении независимых СМИ в пользу государственных СМИ. Дискриминацию в отношении негосударственной журналистики можно проследить в регистрации, лицензировании, налоговом режиме, возможности получения доходов от рекламы, распространяемой правительственными структурами.

Понятно, что насилие в отношении журналистов обрушивается на независимые СМИ так же, как и неспособность успешно расследовать дела об убийствах. Большинство жертв работает на независимые СМИ. Это установленный факт. Так что я воспринимаю насилия в отношении журналистов в странах новой демократии в качестве побочного явления затянувшегося перехода контроля над СМИ от государства к гражданским структурам.

Демократизация СМИ означает их передачу от правительства населению, признание того, что СМИ – это, в первую очередь, гражданское предприятие. Исключается самоцензура, характерная для правительственных СМИ, и, наконец, выпады в отношении журналистов в ходе демонстраций, когда журналисты становятся объектами ничем не спровоцированного насилия со стороны правоохранительных органов. Это еще один исключительно важный момент, который является частью обстановки, вызывающей насилие в отношении журналистов.

Теперь несколько рекомендаций. Понятно, что правительства несут определенные правовые обязательства. Резолюция Центра безопасности 17-38, принятая менее года назад, содержит осуждение в отношении нападений на журналистов. Правительствам предложено выполнять положения этой резолюции. Резолюция 15-35 Парламентской ассамблеи Совета Европы содержит положения о том, что угроза жизни и свободе слова журналистов не допустимы.

Считаю, что правительства должны безоговорочно признать серьезность ситуации, прямо заявить о готовности исправить существующее положение, и их готовность к этому может действительно совершить чудо. Расследование случаев преследования журналистов должно вестись так, чтобы это содействовало выяснению истины.

Нужно, с одной стороны, соблюдать права СМИ и обеспечивать защиту от насилия. Законы о клевете должны быть декриминализованы, рассмотрение дел о клевете должно проходить в гражданском судопроизводстве. И положения об оскорблении официальных лиц, президентов, государственных учреждений и символов также должны быть упразднены.

Надо бороться с административным преследованием независимой журналистики. Правительства должны проявлять все большую и большую готовность, чтобы отказываться от монополии на СМИ. На этой теме следует особо остановиться, поскольку подобные факторы становятся причиной проявлений нетерпимости к публикациям в Интернете, к праву журналистов на сохранение тайны источника информации в ходе журналистских расследований.

Я надеюсь, что мое выступление поможет провести интересную дискуссию в этом направлении.

С приветом от МВД

Наверное, нет смысла говорить, что на постсоветском пространстве проблемы СМИ и журналистов примерно одинаковы, за исключением Украины, где свобода слова и творчества журналистов не ограничивается ни законодательством, ни самодеятельностью чиновников. А о ситуации, которая сложилась в этой сфере в Казахстане, на пленарном заседании ОБСЕ рассказали председатель Союза журналистов Сейтказы МАТАЕВ, представитель международного фонда защиты свободы слова «Адил соз» Елена МАЛЫГИНА, председатель редакционной коллегии газеты «Республика» Ирина ПЕТРУШОВА и автор этих строк.

- Я думаю, что г-н Харашти может без опаски приезжать в Казахстан, – так начал свое выступление Сейтказы Матаев. – До ноября этого года его в тюрьму не посадят точно! Правда, ему бы лучше, если он хочет заниматься у нас журналистикой, писать на спортивную тематику или работать в глянцевых журналах, потому что нефти у нас много, а вот свободы слова становится все меньше и меньше. Раньше у нас журналистов сажали в тюрьму, закрывали газету, но сейчас власти начали использовать другие методы.

Журналистские и правозащитные организации Казахстана выражают обеспокоенность поспешными действиями исполнительной власти по реформированию законодательства в области. Может быть, вы уже слышали, что буквально неделю назад Министерство внутренних дел РК выступило с инициативой о внесении в парламент проекта закона по вопросу диффамации. Это вызывает недоумение, поскольку клевета и оскорбление относятся к делам частного обвинения и не имеют никакого отношения к МВД.

Для иностранных коллег рассказ г-на Матаева стал откровением. Видимо, на Западе не принято, чтобы полиция разрабатывала законы для журналистов. Впрочем, там и не догадываются, на что способны казахстанские чиновники.

К примеру, участников заседания весьма развеселил рассказ о том, как провел свою пресс-конференцию министр культуры и информации РК г-н ЕРТЫСБАЕВ после своего возвращения из Вены, где он описывал членам Постоянного совета ОБСЕ, каким либеральным и демократичным станет закон о СМИ благодаря усилиям возглавляемого им министерства.

Так вот, судя по публикации в газете «Мегаполис», журналистов, приглашенных на эту пресс-конференцию, которая проходила в эфире телеканала «Казахстан», заставили выучить наизусть заранее подготовленные и розданные им вопросы для Ермухамета Кабидиновича. Потом пресс-конференцию отрепетировали, а затем уже она пошла в эфир, причем ответы на придуманные для самого себя вопросы г-н министр читал на мониторе телесуфлера.

А в завершение пресс-конференции, как сказано в той же публикации «Мегаполиса», ее ведущий радостно пожелал, чтобы подобные мероприятия вошли в практику по всей стране.

А про коррупцию забудьте!

И ведь на самом деле то, что происходит сегодня в Казахстане с законодательством по СМИ, заставляет предполагать, что главная цель этих изменений – заставить журналистов ходить строем, говорить хором и писать под копирку.

Наше законодательство по СМИ с каждым годом становится все жестче, ограничивая свободу деятельности журналистов и расширяя сферу полномочий министерства культуры и информации, главная задача которого – следить за тем, чтобы СМИ не нарушали законы. Только этим можно объяснить тот факт, что практически каждый год в закон о СМИ и в другие законы вводятся нормы, ограничивающие деятельность журналистов и СМИ, хотя таких норм и без того предостаточно.

У нас по-прежнему ни одна газета, ни один телеканал, ни одна радиостанция не могут выходить в свет без разрешения министерства информации. Казахстанские СМИ по-прежнему несут ответственность за содержание материалов, перепечатанных из других изданий, вплоть до закрытия, как это, например, случилось с газетой «Республика. Аналитический еженедельник», которая была закрыта за перепечатку интервью Владимира Жириновского, которое он дал радиостанции «Эхо Москвы».

У нас по-прежнему сохраняется статья, по которой возглавить СМИ не может тот редактор, по вине которого СМИ было закрыто судом. Что это, если не запрет на профессию? Ведь ликвидировать СМИ в Казахстане ничего не стоит, мы в этом очень много раз убеждались на собственном опыте: у нас в один год было уничтожено сразу шесть газет, и на опыте коллег – к примеру, из газеты «Караван», которую закрыли по решению суда, состоявшегося в отсутствие представителей газеты.

СМИ по нашему законодательству могут быть привлечены к ответственности за разглашение государственных секретов, то есть мы, журналисты, видимо, должны просто наизусть выучить перечень этих секретов, чтобы не дай бог не разгласить что-то очень тайное. Нас могут привлечь к ответственности и за разжигание социальной розни, притом что в законе не объясняется, что это такое. Скажем, сегодня, когда в Казахстане с огромной скоростью растут цены на все, в том числе на хлеб, в любой публикации о положении малообеспеченных слоев населения можно найти признаки разжигания социальной розни, было бы желание.

В нашем законодательстве по-прежнему сохраняется статья, по которой гражданин, посчитавший, что его честь и достоинство задеты публикацией в СМИ, содержащей недостоверные сведения, может подать в суд иск о возмещении морального ущерба на любую сумму, какая ему понравится, разоряя при этом СМИ. Причем иски такого рода не имеют срока исковой давности, то есть гражданин может обратиться в суд и через десять лет после выхода в свет этой публикации. А если учесть, что в основном с такими исками в суд обращаются чиновники, а наш суд чиновников никогда не обижает, то понятно, почему СМИ и журналисты стараются избегать критических материалов о деятельности наших чиновников.

Но и этого кому-то показалось мало! Отныне не только министерство информации озабочено «исправлением» законов о СМИ, но и полицейские! Они предложили, чтобы СМИ возмещали моральный ущерб гражданам и в случае публикации достоверных сведений, которые затрагивают частную жизнь граждан! Видимо, теперь, если газета напишет, что такой-то чиновник на свою скромную зарплату сумел построить особняк в трех уровнях с мраморными колоннами, это будет расцениваться как вмешательство в частную жизнь! А как еще можно уберечь честь и достоинство коррумпированных чиновников? Кстати, согласно индексу восприятия коррупции, составленному «Транспаренси Интернешнл», Казахстан с каждым годом опускается в этом рейтинге все ниже. То есть коррупция растет, число коррупционеров увеличивается, но зачем журналистам писать об этом? Пусть помалкивают! Видимо, наша полиция для этого вносит свою поправку?

Заверяя международное сообщество в том, что Казахстан борется за декриминализацию законов в области СМИ, государство на самом деле ничего не делает в этом направлении. Как была у нас статья об уголовной ответственности за клевету, так и осталась. И предложение полиции изъять из нее часть вторую, предусматривающую наказание за распространение клеветы с помощью СМИ, ничего не меняет, поскольку остается часть первая, по которой журналиста по-прежнему могут привлечь к уголовной ответственности за клевету.

А недавно министр информации г-н Ертысбаев заявил о том, что у нас скоро появится новый закон о СМИ. И если судить по прошлогодним поправкам министерства, которые ОБСЕ оценило как репрессивные, то можно себе представить, каким будет этот закон. Между тем где-то в столах парламента находится проект закона о СМИ, подготовленный журналистскими и правозащитными организациями, который правительство упорно не хочет принимать, потому что в этом законопроекте нет тех самых положений, ограничивающих свободу слова и СМИ.

Мы можем сейчас только предполагать, какое ведомство займется разработкой проекта нового закона о СМИ – МВД, КНБ или прокуратура. Можно быть уверенными только в одном – журналистов к этой работе если и привлекут, то чисто для «галочки». Это мнение и Союза журналистов, и фонда «Адил соз», и журналистов независимых изданий.

«Лучше бы подумать об имидже ОБСЕ»

Подытожить рассказ о пленарном заседании ОБСЕ по СМИ и свободе слова лучше всего, наверное, словами председателя редколлегии газеты «Республика» Ирины Петрушовой. Ее выступление было очень коротким, но все, что нужно, она успела сказать:

- В этом году будет снова рассматриваться заявка Казахстана на председательствование в ОБСЕ в 2009 году. В прошлом году эта заявка уже рассматривалась и была отложена.

Предполагалось (во всяком случае мы, журналисты, на это надеялись), что Казахстан, чтобы доказать свою приверженность стандартам ОБСЕ, сделает хотя бы что-то в области СМИ, хотя бы сделает более либеральным законодательство в области СМИ. Возможно, демонополизирует электронные средства массовой информации. Хотелось бы, чтобы у нас появилось общественное телевидение. Мы на это надеялись и очень многое для этого сделали внутри страны. Но ничего на самом деле не произошло. Ни одного пункта из предполагаемых к исполнению не было выполнено.

Поэтому я бы хотела сейчас обратиться к представителям делегаций стран ОБСЕ, которым предстоит очень скоро, в ноябре-декабре, принимать решение – быть Казахстану председателем ОБСЕ в 2009 году или не быть. Я хотела бы попросить их задуматься над тем, может ли возглавлять организацию страна, которая не привержена стандартам этой организации? И каким образом это может сказаться на имидже этой организации?

На самом деле, мое глубокое убеждение, что тут уже нужно будет говорить не об имидже, если решение будет положительным. В этом случае придется говорить о подрыве репутации и утрате доверия к ОБСЕ. Возможно, мои слова звучат несколько резко для кого-то из присутствующих в этом зале. Но мне кажется, что в преддверии так называемой реформы ОБСЕ имеет смысл называть вещи своими именами.

Как Вы оцениваете поправки от МВД? - с таким вопросом мы обратились к известным политикам.

Гани КАСЫМОВ, сенатор, лидер Партии патриотов Казахстана:

- Я отношусь к этому проекту очень отрицательно, так как считаю, что все запрещающие пункты у нас отражены в Конституции, в законе прямого действия и в гражданском кодексе. Если и возникнет необходимость в новом законе о СМИ, то его должны разрабатывать сами журналисты. Но мое мнение: этот закон и не нужен, так как все, что запрещено, прописано в Конституции.
Что такое закон о СМИ? Это закон, который защищает права и свободы журналистов, защищает эту профессию, а не прописывает их функции.

Интересно, кто именно в недрах МВД инициировал эти поправки? С какой целью? Покушаться на профессиональные права журналистов или защищать чьи-то меркантильные интересы?

Сейдахмет КУТТЫКАДАМ, общественный деятель:

Чем дальше в лес – тем больше дров


- Это уму непостижимо. Это не соответствует ни логике, ни демократии. Я очень отрицательно отношусь к этому проекту. И хотя сам этот законопроект я не видел, но много о нем слышал.

И еще по телевидению в комментариях представитель МВД очень изящно уходил от прямых ответов на эти вопросы. Это круговая порука всех чиновников. Они и раньше-то друг друга покрывали, а сейчас вообще хотят любого человека отвести в суд.

Принятие этого законопроекта чревато ужасными последствиями, так как пока общество не очистится от коррупции, от каких-то преступных вещей, оно не может рассчитывать на демократическое будущее. А с принятием этого закона еще и законодательно закрывают демократическое будущее.
  • Опубликовано: admin
  • 28-04-2015, 21:44
Комментарии (0)
Комментарии

Информация

Комментировать статьи на нашем сайте возможно только в течении 35 дней со дня публикации.